Цветовая схема:
C C C C
Шрифт
Arial Times New Roman
Размер шрифта
A A A
Кернинг
1 2 3
Изображения:
  • 456300, Челябинская область, г. Миасс, ул. Романенко, 48
  • Телефон приёмной директора 8 (3513) 57-28-73 Секретарь приёмной комиссии: 8 (992) 51-33-597
  • mmuspo@mail.ru

Новости

Репортаж с фронта

Количество просмотров: 925

Ровно 1418 дней длилась Великая Отечественная война. Ровно 1418 дней, с первой минуты, до самой Победы корреспонденты снимали хронику этой чудовищной войны. Нередко отложив в сторону «лейку» и взяв в руки автомат, они делили с солдатами все тяготы фронтовой жизни. Сотни километров киноплёнки, тысячи фотографий – вот бесценное наследие тех лет
Смотря на военные фотографии люди должны понимать, что это была страшная и жестокая война, война на уничтожение нашего народа, нашей страны и только смотря на наши фотографии ты чувствуешь, что понимаешь этих людей, понимаешь каких титанических усилий им стоила эта победа. В этой подборке очень много фотографий именно людей, людей сделавших эту победу, точно таких же людей, как мы с вами, которые в нужный момент, преодолели себя и показали вершины героизма.
На протяжении всего военного времени на фронте, на передовой, в тылу, усердно трудились фотографы того времени. Благодаря их работе мы можем наблюдать весь ужас Великой Отечественной. Их работы наполнены трагизмом, истинной эмоцией, неподдельной человеческой сущностью. Многие не вернулись с этой войны.
Их негативы бережно сохраняли солдаты до возвращения на Родину.  Снимки, сделанные на полях сражений, в тылу, демонстрируют смелость и силу Советской Армии, степень разрушения и жестокость врага.
Они, также, воевали… Только в их руках была не винтовка и граната, а фотокамера, которая, порой, «выстреливала» не хуже снайперской винтовки. Спасибо Вам, бесстрашные служители  за то, что не боялись работать под вражеским обстрелом, под бомбежкой немецких бомбардировщиков. За то, что спустя многие десятилетия мы можем наблюдать плоды вашего труда. Наблюдать и помнить…



Нет такого места,
Где бы не скитались мы в пыли.
С лейкой и с блокнотом,
А то и с пулеметом
Сквозь огонь и стужу мы прошли.
Евгений Халдей (23 марта 1917 - 6 октября 1997) - советский фотограф, военный фотокорреспондент, прославившийся знаменитым кадром «Знамя Победы над рейхстагом».
Участвовал в освобождении Севастополя, штурме Новороссийска, Керчи, освобождении Румынии, Болгарии, Югославии, Австрии, Венгрии.
Фотографией Ефим заинтересовался еще в детстве: он часто заходил в местное фотоателье, помогал промывать негативы и пытался понять, как устроена сама камера. Ему это удалось, и он смог собрать собственное фотоустройство из двух картонных коробок и линзы от бабушкиных очков. В 13 лет Ефим сделал свой первый снимок, запечатлев городскую церковь. Вскоре ее взорвали. Так мальчик впервые ощутил силу фотографии: на кусочке бумаги безо всякой магии осталось то, что больше не существовало в реальности.
Весь 1932 год он ездил по области с агитбригадой. Так начинались командировки Халдея, который впоследствии обойдет с камерой не только весь Союз, но и всю Европу.
В 1936 году Халдея взяли в фотохронику ТАСС. Ему было всего 19 лет.  
Коллеги быстро переименовали его в Евгения. В предвоенные годы Халдей, по роду свей деятельности часто ездил в командировки. Последней в мирное время стали Тарханы, где он побывал 21 июня 1941 года. Наутро Халдей вернулся в Москву.
Завтра была война

Сейчас каждый знает, что произошло "22 июня ровно в четыре часа". Но москвичи в то утро еще не подозревали, что их жизни вот-вот кардинально изменятся.
По дороге с вокзала, на улице Станиславского, я увидел странную картину: было десять часов утра, но у германского посольства уже стояло много легковых машин, из них немцы вытаскивали узлы, чемоданы, которые тут же вносили в здание.
Через час Халдея срочно вызвали на работу. А в 12:00 по радио прозвучала историческая речь наркома Вячеслава Молотова: "Без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну". Фотохроника ТАСС тогда находилась на улице 25 Октября (ныне — Никольская улица). Из окна Халдей увидел, что у репродуктора собираются люди. Он выскочил на улицу и сделал один из самых знаменитых своих снимков — москвичи слушают речь Молотова. Выступление наркома длилось 8 минут 40 секунд и закончилось легендарными словами: "Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами".
"Люди не расходились, — вспоминал Халдей. — Стояли, молчали, думали. Я пытался спросить: о чем? Никто не ответил.



Евгений Халдей. "От Мурманска до Берлина"

О чем думал я? О том, что будет и последний снимок войны, победный. Но удастся ли сделать его именно мне — об этом я, насколько помнится, не думал…"
Когда Халдей пришел получать пленку, редактор дал ему сто метров. Фотограф спросил, почему так мало, и получил ответ: "Да война через пару недель или месяц кончится, зачем тебе много". Тогда все верили, что "враг будет разбит" очень скоро.
Но в действительности до того самого победного снимка оставалось еще более тысячи дней — и тысячи ярких и страшных кадров.
Халдей снимал жизнь — военную, разную, сложную, веселую, такую, какой она была. Поэтому на его кадрах рядом — предатели и герои, война и мир.
И  вот они начали нелёгкий путь: километры пленки и тысячи дней войны.
В июне 1942 года фашисты решили сжечь Мурманск дотла.  Я встретил там старую женщину. Она несла деревянный чемодан — все, что осталось от домашнего очага. Я сфотографировал ее. Женщина опустила свой чемодан, присела на него и с укоризной говорит: "Что ж ты, сынок, фотографируешь мое горе, наше несчастье? Вот если б сфотографировал, как наши бомбят Германию!" Мне стало неловко. "Да, мамаша, — сказал я, — вы правы, конечно. Но, наверное, доведется сделать и такой снимок"


У войны, как известно, лицо совсем не детское. Но война никого не обходит стороной, ни взрослых, ни детей. В их глазах есть то, что обычно бывает только у взрослых, многое повидавших за прожитую жизнь. Жизнь этих детей, детей войны, пришлась на нелёгкие годы. Их лица со старых фотографий говорят без слов.
Бомбардировки, голод, концентрационные лагеря, кровавые военные действия, болезни за годы Второй мировой войны унесли жизни около 13 миллионов детей.
Кого-то из них замучили в концлагерях, кто-то скончался от голода и болезней, кто-то погиб сражаясь с врагом…



Борис Ярославцев
Вся его творческая жизнь связана с «Московской правдой». В 15 лет, он был принят учеником фоторепортера, тогда газета называлась "Рабочая Москва". В Великую Отечественную войну фотокорреспондент дошел до Победы, до Берлина. Его фотокадр "Дети войны" обошел мир и был включен в многочисленные альбомы, книги и кинофильмы о Великой Отечественной войне у нас и за рубежом. Героями его фоторепортажей становились не только люди и события, но и родной город. Очень душевный человек, он не гнался за славой, просто занимался любимым делом. История пишется объективом – это в полной мере относится к творчеству Бориса Ярославцева. Его с нами нет, а работы продолжают жить…
Самая знаменитая фотография Великой Отечественной войны была сделана в Кишиневе.
"Этот снимок известен всем. Он печатался в десятках изданий у нас и за рубежом. Причем всегда без упоминания фамилии автора.
И, несмотря на то, что в фотоальбоме издательства «Планета» «Ради жизни на земле» под фотографией появилась строка «Фото Бориса Ярославцева», этот снимок по-прежнему остается безымянным в многочисленных публикациях и экспозициях различных музеев. Видимо, человеческая память о горьких и героических днях начала войны прочно пристегнула и имя автора снимка ко всем без вести тогда пропавшим...
Фашисты бомбили город регулярно утром и вечером, по два часа каждый раз. Знаменитая ныне фотография была сделана на самой окраине города утром 29-го. Когда прошла первая волна самолетов, и Ярославцев выбрался из укрытия, он увидел, что фашистские «стервятники» заходят на второе пикирование. Но еще раньше фотокор увидел то, что теперь видите вы. Выхватил из футляра «лейку» и прямо так, как стоял в рост, так и нажал на затвор. Раздались взрывы. Он тут же свалился в соседнюю щель…



Михаил Савин
Одним из тех фотокорреспондентов, работы которого дошли до наших дней, является Михаил Савин, который прошёл всю войну с фотоаппаратом в руках. При этом его кадры стали настоящей классикой искусства. Снимать на фотоплёнку военные будни начал в июне 1941 года. Его фотоаппарат запечатлел и горечь отступления советских войск, и славные военные страницы: оборону Москвы, Курскую битву, наступление советских войск в Европе. За свой беспримерный труд Михаил Савин награждён медалями «За победу над Германией» и «за Отвагу».
Работы Михаила Савина врезаются в память мгновенно. Пробирая до глубины души и не требуя пояснений.
Жиздра, Калужская область, 1943 год
Жиздра – небольшой древний городок на берегу одноименной реки на юге Калужской области. С 5 октября 1941 года город попал в немецкую оккупацию. С февраля по август 1943 года на подступах к городу вновь шли ожесточенные бои. Перед отступлением оккупанты в течение двух недель планомерно уничтожали город, сжигая его поквартально. Каменные церкви и дома взрывались. В результате город был уничтожен полностью. Также были отравлены колодцы, заминированы дороги, тротуары и огороды.
Никакая статистика не может передать ту боль и страдания, которые выпали на плечи детей, переживавших беды войны.
Стать взрослыми им пришлось очень рано. Многие дети гибли от голода, под бомбежками, на оккупированных территориях.
Эта война забрала у людей все: родных и близких, надежды, мечты, все... Но что еще страшнее — она забрала у детей самое ценное и дорогое в жизни — их родителей, мам и пап. Сделала их сиротами и оставила, голодными и никому не нужными, бороться за жизнь, ждать куска хлеба и чужой мимолетной ласки.



1943 год, Курская дуга. И вновь Михаил Савин в гуще событий. Он снимал не только бои и атаки. Фотографу удавалось поймать в свой объектив детали жизни даже там, где под смертельным огнем, в нашпигованной металлом земле, казалось, жизни и быть не может.
Чего стоит, например, известный снимок «Времена года советского бронебойщика. Лето»! На фоне уничтоженного немецкого танка мирно цветут полевые ромашки...



1945, 9 апреля.  Фото сделано после штурма Кенигсберга. Солдаты в кадре выглядят как убитые — но они просто спят. «Спят как убитые» — метафора воплощена в кадре буквально. Контраст спящих солдат с разрушенным немецким городом,  который теперь будет русским.



1943, 25 сентября. Немецкое кладбище в окрестностях Смоленска.
Крест из  русской березы на типично немецком кладбище после
освобождения города от фашистов глубоко символичен.

Представляя сегодня творчество Михаила Савина, мы публикуем и снимок, который называется «Знамена победителей» – с парада Победы 3-го Белорусского фронта в мае 1945-го. Лица победителей. Всмотритесь в эти лица. Этот восторг, эту гордость, это достоинство и бесшабашность нельзя изобразить. Именно так они, дошедшие до фашистского логова живыми, ощущали себя той весной 45-го года. Они несли в новую счастливую жизнь свои знамена Победы, чтобы сохранить их и передать нам.


Макс Альперт  - советский фотограф и фоторепортёр. Один из родоначальников советской серийной репортажной фотографии. Во время Великой Отечественной войны, будучи корреспондентом ТАСС и Совинформбюро, Альперт работал как в тылу, так и на фронте, в боевой обстановке. Автор одной из известнейших работ того времени – «Комбат», ставшей одним из символов той войны.
«Комба́т» -  фотография времён Великой Отечественной войны,
сделанная советским фотографом Максом Альпертом. На фотографии изображён командир, поднимающий солдат в атаку с пистолетом ТТ в руке. «Комбат» — одно из самых ярких и выразительных фото времен Великой Отечественной войны. Длительное время, несмотря на то, что снимок был знаменит и популярен, были известны только история его создания и название, данное ему фотографом. Личность изображённого на ней человека долгое время оставалась неизвестной.
В начале 1970-х годов журналистами «Комсомольской правды» была предпринята попытка установления личности запечатлённого на знаменитом снимке человека. Им, как утверждается, оказался уроженец села Терсянка,
Запорожской области Алексей Гордеевич Ерёменко, младший
политрук одной из рот 220-го стрелкового полка 4-й стрелковой дивизии.
Вот что рассказывал о тех событиях бывший боец санвзвода 220-го полка, впоследствии майор-политработник Александр Матвеевич Макаров:
Фашисты исступленно бросались в атаку за атакой. Убитых и раненых было много. Наш сильно поредевший полк отбивал уже десятую или одиннадцатую атаку. Гитлеровцы лезли напролом к Ворошиловграду, до которого оставалось около тридцати километров. К концу дня был ранен командир роты старший лейтенант Петренко. После ожесточенной бомбёжки, при поддержке танков и артиллерии, фашисты пошли в очередную атаку. И тогда, поднявшись во весь рост, со словами: «За мной! За Родину! Вперед!», Ерёменко увлек за собой роту навстречу цепям гитлеровцев. Атака была отбита, но политрук погиб.


Убитый мальчик с мертвым голубем на груди у расстрельной стены. Военкор Макс Альперт сделал этот снимок спустя сутки после гибели мальчика. Эта фотография фигурировала в качестве обвинения на Нюрнбергском суде.
Это был обычный паренек из рабочей семьи. В школе хулиганил, прогуливал уроки, потому что как и многие его сверстники с азартом увлекся голубиной почтой. Голубятники обменивались записками в Ростове, а немцы усмотрели в этом партизанщину. И вышел указ оккупационных властей – голубей уничтожить. Это был как гром среди ясного неба. Уничтожалась довоенная жизнь города, интересы многих людей,  уничтожался мир.
Не все подчинились приказу. И Витя тоже оставил голубей в живых. Он любил пернатых, заботился о них. Но однажды, выглянув в окно, Аня увидела, что брата ведет к сараю немец. Через какое-то мгновение в небо взмывают птицы. Витю Черевичкина обыденно расстреляли. У стены лежал подросток, прижимая к сердцу любимого голубя. Назавтра гитлеровцев выбили из города. Несколько часов отделяли Витю от жизни. Мать потеряла рассудок.


Евзерихин Эммануил Ноевич
В начале тридцатых годов окончил специальные курсы фотохроники ТАСС.  В годы Великой Отечественной войны по заданию фотохроники ТАСС снимал на многих фронтах. Наибольшую известность получили его кадры, сделанные в битвах за Сталинград, за освобождение Белоруссии.
В качестве военкора капитан Евзерихин прошел всю Великую Отечественную войну, участвовал в обороне Сталинграда, в освобождении Ростова-на-Дону и Таганрога, во взятии Кенигсберга. Эммануил Евзерихин снял каждый день Сталинградской битвы. Проявлял и сушил пленку на тридцатиградусном морозе, чтобы утром отправить негативы с самолетом в Москву. Снимки должны были появляться в газетах на следующий день - одновременно со сводками Совинформбюро и приказами Верховного Главнокомандования.  
Награжден двумя орденами Красной Звезды и орденом Отечественной войны II степени.
Один из снимков знаменитый Фонтан «Бармалей» («Детский хоровод», «Дети», «Дети и крокодил», «Танцующие дети») — фонтан, который находился в городе Сталинграде (ныне Волгоград) и был установлен на территории нынешней Привокзальной площади.
Памятник представлял собой круг из шести детей, водящих хоровод вокруг крокодила.
Данный фонтан — один из наиболее известных объектов, переживших Великую Отечественную войну.
Фонтан стал знаменит благодаря нескольким фотографиям Э. Евзерихина, запечатлевшего контраст между беззаботно резвящимися детьми и ужасающей картиной разрушений города во время Сталинградской битвы. Фотографии были сделаны 23 августа после воздушного налёта немецкой авиации на город. Фотография так и называлась: «23 августа 1942 года. После массированного налёта гитлеровской авиации».
Вокзал разбомбили 23 августа 1942 года.
Сталинградский фонтан был восстановлен, но в 1951 году был демонтирован при застройке центра города.


Следующая его душераздирающая фотография «На пепелище»



В освобождённом городе Ростове. Гитлеровцы перед бегством из города взорвали и разрушили почти весь город

Пленные, захваченные у Дона в 1943 году

Солдатский труд

Это один из самых знаменитых кадров Великой Отечественной войны. Сфотографировал этот эпизод военный фотограф Израиль Озерский уже в конце войны – в 1944 году.
И это не героическая фотография победы, а обычный фрагмент из жизни.  
На фото угадывается, что происходит это – на передовой. Сейчас начнут палить по танкам, а для артиллеристов такое сражение – как рукопашная битва для пехоты. Есть время на два-три выстрела, пока не подъедут вражеские танки. И нанести их нужно точно, иначе….об этом лучше не думать.
Судьба артиллериста особенно трудна. Если враг успеет добежать до твоих позиций, то у тебя практически нет шансов выжить. У артиллеристов минимальная поддержка и защита,  и они полностью надеются, на то, что в основной битве успех будет на нашей стороне. Ретироваться им тоже трудно – как минимум, за то, что они бросили орудия им грозит суровая кара по законам военного времени.
     И ведет их в бой простой солдат, не какой-нибудь бодрый генерал или хотя бы майор. Но по солдату сразу видно – за плечами огромный опыт. Вот именно такие солдаты и принесли нам победу в Великой Отечественной.
И сколько километров за плечами этого солдата. Вся война для него – это адская работа, каждый день под обстрелом. Без передышки, без права на ошибку – четыре долгих года! И у этой фотографии удивительно точное название - "Солдатский труд"!
     Так и дошел до Победы солдат, запечатленный на снимке Израиля Озерского. В кадре – момент наступления на Карельском фронте 928-го артиллерийского полка. Солдат-артиллерист идет, проверяя дорогу, по которой следом его товарищи катят пушку "сорокапятку".
Так шли к победе простые советские воины, чтобы защитить от врага свою семью, свой дом, свою Родину. Шли долгие четыре года. И победили! Снимок обошел газетные полосы многих стран, выставлялся на многочисленных фотовыставках, пока наконец не был опознан запечатленный на нем солдат.
В составе полка прошел до Победы крестьянин из села Памятное Белозерского района Федор Ефремович Речкин. Он, наверняка, даже и не видел, как щелчок фотокамеры запечатлел образ его и образ войны навеки. Вернувшись с фронта, Федор Речкин многие годы работал завхозом в Памятинской школе. Однажды вернувшись из Москвы, директор школы подошел к Речкину и сказал: “Скромняга вы у нас, Федор Ефремович. В Москве с вас большую фотографию военных лет показывают, а вы помалкиваете”. Директор был в столице в канун Праздника Победы и на одной из фотографий фотовитрины ТАСС опознал завхоза школы.
А некоторое время спустя шла телепередача, посвященная воинам-победителям. В семье Речкиных вечером, как обычно, смотрят телевизор. И вдруг жена Речкина схватила мужа за плечо: “Федя, так это же тебя показывают! Смотри! Смотри!” А по щекам Речкина текли слезы.

Марк Марков-Гринберг

Советский фотограф, фотохудожник, фотокорреспондент всесоюзного информационного агентства ТАСС. С первых дней участвовал в Великой Отечественной войне. С 1943 года фотокорреспондент газеты «Слово бойца». Его фотографии являют собой поистине бесценное наследие фотохроники времен Великой Отечественной войны.
Знаменитая его фотография при освобождении Штуттгофа
первого лагеря смерти. Нацистский концентрационный лагерь был  создан в 1939 году на территории оккупированной  Польши вблизи с. Штуттгоф.
За годы войны в этот лагерь попали около 110 тысяч заключённых, из которых около 65 тысяч погибли. Кроме медицинских экспериментов, известен производством мыла из человеческих тел.
Здесь райские места: живописные белые пляжи Балтики, сосновые леса, реки и каналы, средневековые замки и старинные города. Но доктора прибыли сюда отнюдь не спасать жизни. Они приехали в это тихое и мирное местечко для того, что бы творить зло, жестоко издеваясь над тысячами людей и проводя над ними изуверские анатомические опыты. Никто не вышел живым из рук профессоров гинекологии и вирусологии...
Газовая камера, где вначале экспериментировали с горчичным газом, а с 1942 перешли на "Циклон-Б" для последовательного уничтожения узников концлагеря. Тысячи погибли в этом маленьком домике напротив крематория. Тела умерших от газа сразу же сбрасывали в печи крематория, которые просто не справлялись со своей работой, чему и есть подтверждение этой фотографией

Человеческие останки в печи крематория концлагеря Штуттгоф.

Иван Александрович Нарциссов — военный фотограф и корреспондент родился 17 апреля 1913 года в г. Липецке, кавалер ордена Отечественной войны, один из авторов пятитомного издания «Великая Отечественная война в фотографиях и документах». Скромный, смелый, бескорыстный и талантливый человек, оставивший огромный архив военных фотографий и газетных публикаций.
Войну начал с первых дней под Ельней Смоленской области и дошел до Берлина.
...Эта старая, сжимающая сердце фотография довольно известна. Её публикуют в разных изданиях обычно незадолго до 22 июня. Бывает, и ко Дню Победы.
На снимке — Татьяна Онищенко и её маленькая умирающая дочка, раненная во время фашистской бомбёжки.


Ещё летом 1941 года Татьяна получила известие: муж её пропал без вести. В жизнь Татьяны вошло мучительное ожидание. Каждый день она встречала почтальона — и каждый день тот проходил мимо.
Татьяна верила. Сводки с фронта летели тревожные, горестные для каждого русского человека. А она — верила вопреки всему. И дождалась.
Ранним осенним утром пришло письмо. Живой! Он оказался живой, лежал в госпитале, но рана была неопасной.
Какое это было счастье! Всеобъемлющее, огромное. Казалось: уж теперь-то точно пройдёт невредимым всю войну!
Счастье длилось несколько часов. А потом налетела фашистская авиация. Дом семьи Онищенко попал под меткий снаряд. Татьяна с доченькой в одночасье оказались без всего.
Кончился налёт. Вернулись женщина и малышка туда, где недавно стоял их дом. Горе... И тут Татьяна вспомнила: ведь ещё в конце лета закопала она неподалёку от дома бочку с солониной. Спасены! Есть еда, а с жильём что-нибудь решат, вокруг ведь люди, помогут.
И снова мелькнул луч света, надежда. И снова — на какие-то часы.
Опять налетела авиация. Не успела Татьяна подхватить на руки дочку, которая, испугавшись, убежала. Отыскала её уже после бомбёжки. И вот — страшный снимок...
За один день, за один только день Татьяна Онищенко пережила огромную радость, ужас, надежду и бесконечное горе. Вспоминается мне кадр из знаменитого фильма «Судьба», где бежит мать к подкошенному пулей сыну Ване, падает перед ним на колени и кричит: «Да где же ты, Господи?..»
...Не знаю, что кричала в тот момент Татьяна. Но крик этот, теперь неслышимый, заставляет сжиматься сердце того, кто посмотрит на фотографию.


Иван Нарциссов
Военкор сделал на Калининском фронте фотопортрет  юного разведчика Вани Михайленко, награжденного медалью «За отвагу».
В январе 1942 года в родное село Вани на Новгородчине ворвались гитлеровцы и учинили массовую расправу над местным населением. Из пулемётов фашисты расстреляли всех жителей села, погибли мать, бабушка и три сестры мальчика. Сам он был ранен и потерял сознание, а ночью, придя в себя, ушел в лес. Там он встретился с разведчиками из 3-й Ударной армии.
С ними он перешел линию фронта.  По просьбе Вани, его зачислили отдельную  разведроту 33-й стрелковой дивизии Калининского фронта.
В одном из боев Ваня уничтожил 5 вражеских солдат, за это он был награжден медалью «За отвагу».  Свою вторую медаль «За отвагу» Ваня получил за пленение немецкого капитана. Зимой 1942 года Ваня возвращался с задания. Никакого оружия при себе не имел. Увидев на дороге заблудившегося немецкого офицера, он решил захватить его в плен.  Подобрал на земле палку, подкрался сзади и ткнул ею фашиста в спину, как будто стволом автомата. Не давая фашисту опомниться, Ваня кричал разными голосами, изображая, что идет не один, а с несколькими бойцами. Когда он привел офицера в расположение отряда, тот увидел, что его захватил в плен мальчишка вооруженный палкой, не выдержал и расплакался…
СЫН ПОЛКА ОТОМСТИЛ ФАШИСТАМ ЗА МАТЬ, ОТЧИМА И БРАТА
Во время Великой Отечественной войны в рядах Красной армии служило более 3500 фронтовиков младше 16 лет. Их называли «сыновьями полка». Это официальная цифра, но, говорят, таких ребят было намного больше.
Володя Тарновский
Фотография, на которой запечатлен мальчик, оставляющий автограф на стене Рейхстага, давно стала исторической реликвией. Это 15-летний Володя Тарновский, который попал в действующую армию в 1943 году, когда советские войска освободили его родной Славянск. Председатель сельсовета рассказал о мальчике капитану стрелковой бригады, и тот предложил Володе пойти в армию. Как признавался сам юный разведчик, он буквально загорелся этой идеей — хотелось отомстить за расстрелянную мать, погибшего отчима и младшего брата, которого увезли с Донбасса.
Сначала он был обычным посыльным, но вскоре стал ходить на боевые задания вместе со старшими товарищами. Солдаты к мальчику относились с отеческой любовью, перешили ему форму и даже справили сапоги.
Свою первую награду Володя Тарновский получил за форсирование Днепра и спасение офицера. Медаль "За отвагу" уже ефрейтор Тарновский получил после захвата "языка": когда Володя вел пленного унтер-офицера в расположение своей части, проходящие мимо солдаты не могли сдержать улыбки— виданное ли дело, двухметрового здоровяка конвоирует ребенок?! Однако маленькому конвоиру было совсем не до смеха — всю дорогу он шел со взведённым автоматом.
А потом был Берлин и знаменитый автограф на рейхстаге, запечатленный на фото. Он написал: «Северский Донец — Берлин». И расписался - за себя, командира полка и однополчанина, который поддерживал его снизу: «Артиллеристы Дорошенко, Тарновский и Сумцов».


И вновь возвращаемся к Евгению Халдею
С августа 1944-го Евгений Халдей снимал советских воинов, освобождавших Европу. До победного снимка оставалось немного.

В освобожденной Болгарии, 1944 г. …

Югославы приветствуют Красную Армию-освободительницу, 1944 г.

Нацист перед приходом советских войск расстрелял свою семью и покончил с собой на улице Вены.
Евгений Халдей: «Я пошел в парк у здания парламента, чтобы снять проходящие колонны солдат. И увидел эту картину. На скамейке сидела женщина, убитая двумя выстрелами — в голову и шею, рядом с ней мертвые подросток лет пятнадцати и девочка. Чуть поодаль лежал труп отца семейства, рядом валялся револьвер.
Подбежал вахтер из здания парламента:
Это он, он сделал, не русские солдаты. Пришел в 6 утра. Я видел его и его семью из подвального окна. На улице ни души. Он сдвинул вместе скамейки, велел женщине сесть, то же самое велел детям. Я не понял, что он собирается делать. И тут он застрелил мать и сына. Девочка запротивилась, тогда он уложил ее на скамью и тоже застрелил. Отошел в сторону, оглядел результат и застрелился сам».



Известный военкор еще в начале войны дал себе слово: если доживет до Победы, обязательно сфотографирует попранные Бранденбургские ворота. Сегодня этот кадр знают во всем мире как символ Победы над фашистской Германией: посеченные пулями и осколками ворота, наверху растяжка "Слава советским войскам...", а на первом плане - молоденькая регулировщица Маша, которая в одночасье стала Бранденбургской мадонной с легкой руки Евгения Халдея.
На фронт Маша ушла в 1942 году восемнадцатилетней девчонкой.
- В регулировщицы брали тогда только девушек, все мужчины и старики на передовой были, - вспоминает Лиманская. - Три дня нас обучали, раздали флажки. А потом "в бой".
Смена длилась по четыре часа. Но девушки порой стояли и дольше: по шесть, восемь часов, когда шли колонны.
- Когда Гитлер начинал бомбить, сменщица не могла просто добраться до тебя. Вот и стоишь, ждешь. Страшно, а что делать: уйти нельзя, это приравнивалось к дезертирству.
Вместе с советскими войсками Мария Лиманская дошла до Берлина.
Второго мая Мария уже стояла у Бранденбургских ворот, с обратной стороны от Рейхстага.


Факт о самой знаменитой фотографии:
Фотография тиражировалась миллионами экземпляров.


Евгений Халдей рассказал подлинную историю этого снимка.
Главной мечтой, его было – снять Знамя Победы над поверженным рейхстагом. И такой случай судьба подарила.
2 мая Евгений Халдей прибыл к Рейхстагу со своим знаменем и остановил нескольких солдат, попросив их помочь. Трое из них помогли ему водрузить знамя так высоко, как было возможно с учетом того, что здание горело. Именно эти солдаты и оказались на снимке — Алексей Ковалев (Украина), Абдулхаким Исмаилов (Дагестан) и Леонид Горичев (Белоруссия).


Знамя Победы над Рейхстагом. 1945.


Фотография, сделанная его руками, стала символом Великой Победы.
А на Нюрнбергском процессе его снимки рассматривали среди доказательств преступлений фашистов. Евгению Халдею снимал Великую Отечественную войну все 1418 дней.
В воспоминаниях Халдея совсем нет злорадства. Как и в его берлинских снимках. Разрушенный город, советские солдаты, идущие по поверженному нацистскому флагу, бомбардировщики над Рейхстагом — все это на его фотографиях вызывает, скорее, грусть, а не торжество. "Всем казалось, что то, к чему мы шли все эти 1418 дней, должно окончиться чем-то более грандиозным, — вспоминал Халдей. — А здесь стоял черный от копоти и дыма Рейхстаг, стояла удивительная тишина…"
Халдею повезло: он дошел до Берлина невредимым. Он снимал жителей разрушенного города, толпившихся в очереди за ведром воды, и советские танки, стоявшие у Бранденбургских ворот, — последним кадрам, возможно, порадовалась бы та женщина из Мурманска.